Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
01:07 

Справочник по вампирам для девушек, глава 5

Scintilla Ignis
- Как жаль, что Рафаэль не один из Темных, - провозгласила Рокси на следующий день, когда ближе к вечеру мы опять тащились по трем лестничным пролетам в свои комнаты. Мы провели день за осмотром пропасти Мачеха, имея в итоге натруженные ноги и желание надолго залезть в ванную. – Если б он был Темным, ты бы знала, что Миранда тебя предупреждала именно о нем.
Мой ответный взгляд был весьма выразительным.
- Глянь, который час, - ответила она на мои невысказанные обвинения. – Уже начало четвертого. Я ждала на целых четыре минуты больше!
- Как быстро летит время, когда ты не говоришь о мифических, ненастоящих, выдуманных, совершенно фантастических существах, - пробормотала я, извлекая ключ от комнаты и отпирая свою дверь. Рокси вошла вслед за мной, поскольку моя комната была больше размером и в ней стояло лишнее кресло.
- Даже и не надейся, что я позволю тебе продолжить мораторий на то, о чем я хочу говорить постоянно. Единственная причина, по которой я согласилась не упоминать Темных до тех пор, пока мы не вернемся домой – это то, что сегодня утром ты выглядела просто ужасно.
Странно, но я не чувствовала себя ужасно. Моя голова лишь слегка побаливала в том месте, где я ударилась, а мой разум был необычайно спокоен. Причиной тому стала небольшая пламенная речь, которую я зачитала сама себе, принимая утренний душ. Я вообще-то не склонна к глубокому самоанализу, но сейчас я чувствовала, что мне не обойтись без чего-то вроде шоковой терапии.
- Человеческое сознание – странное, удивительное явление, - говорила я, обращаясь к мочалке, намыленной моим любимым жасминовым мылом. – Оно чрезвычайно восприимчиво к внушению, и легко может быть введено в заблуждение ложным ощущением присутствия чего-то, не существующего в реальности. Стресс, в частности, оказывает на мозг весьма негативное влияние, приводя к тому, что в попытке защититься он избавляется от напряжения, порождая яркие сны и видения.
Мочалка явно отказывалась комментировать мою теорию, так что я употребила ее по назначению, исчерпав свои аргументы. Случай с Мирандой, столь ярко запечатлевшийся в моей памяти, легко объяснялся принятым внутрь джином с тоником. А сейчас, когда я находилась в местах, тесно связанных со сделанными тогда предсказаниями, мое сознание, судя по всему, решило устроить себе разрядку. Возможно, из-за того, что между мной и родным домом сейчас находилось полмира.
Тихий голос внутри меня заметил, что у меня не было никаких причин для стресса, ведь сейчас я находилась в поездке, о которой столько мечтала. Я проигнорировала его, кивнув себе и потянувшись за полотенцем. Если случай с Мирандой объяснялся выпивкой, то вечер накануне – небольшим расстройством восприятия из-за количества свалившихся на меня впечатлений. Это было вполне логичным и заодно доказывало мою вменяемость. Вменяемость, - встряла циничная часть моего "я", - которая явно получше, чем вера в возможность оказаться на месте Дороти, унесенной ураганом в некую паранормальную версию страны Оз.
Восстановленный таким образом душевный покой вкупе с днем, посвященным исследованию потрясающего геологического феномена вернули мне хорошее расположение духа. И хотя днем мне временами казалось, что я чувствую отголоски вчерашних ощущений, мне не хотелось об этом говорить даже с самой близкой подругой. Это было слишком… личное. Когда мы вернулись в отель, я решила, что поскольку Рокси честно сдерживалась целый день от разговоров о своих любимых вампирах, было бы несправедливо с моей стороны не дать ей возможности выговориться. Я буду спорить с ней из любви к искусству, ей всегда это нравилось; и раз уж я определилась с текущим положением вещей, мне не составит труда подыграть ей.
- Ладно, принято. Откуда ты знаешь, что Рафаэль – не вампир? – Задав вопрос, я стащила с себя пропахшую футболку и взяла халат.
- Хмм? А, это просто. Он пил.
- Разве?
Она кивнула и начала расшнуровывать свои горные ботинки.
- В баре, прошлым вечером. Он пил пиво. Даже ежику известно, что Темные не пьют ничего, кроме крови. Ты же читала книги – и знаешь, что только лишь после Воссоединения они могут питаться чем-то еще, кроме крови.
- Ты настолько хорошо знаешь эти книги, что мне аж не по себе, - я стянула джинсы и потянулась за свежим бельем, лежавшим в ящике комода.
Она усмехнулась и сбросила ботинок.
- Нужно же знать повадки дичи, на которую охотишься. Тебе не на что жаловаться, ведь все мои знания могут пригодиться тебе, когда мы найдем твоего Моравца. Ты… мнэ… не думаешь, что это может быть Доминик?
Я пропустила ее комментарий о том, чтоб найти для меня подходящего вампира, мимо ушей, ужаснувшись самой лишь мысли о том, чтоб иметь что-то общее с позером Домиником.
- Ой. Нет. Сильно сомневаюсь, что он имеет хоть какое-то отношение к вампирам, разве что в свое собственном воображении. Его зубы – определенно фальшивые.
Память тут же услужливо подсунула мне чужое воспоминание о клыках, вонзающихся в плоть. Я задвинула его как можно глубже. Воображение, это все было лишь плодом моего буйного воображения и ничем больше. Я стащила с себя белье и завернулась в халат.
- Ты необъективна. Пообещай мне, что сегодня на ярмарке ты будешь относиться ко всему непредвзято.
Я не хотела относиться ко всему непредвзято. Непредвзятость в данном случае могла обернуться новыми видениями, а это угрожало чьей-то нормальности. С другой стороны, я всегда гордилась тем, что могу трезво оценивать факты в любой ситуации, так что я решила, что с моей стороны будет честным не слишком зацикливаться перед тем, как взвесить все доказательства и вынести вердикт о том, что де-факто никаких вампиров не существует.
К тому же, напомнила я себе, я знала, что я права, а Рокси ошибается, так что для меня не составит труда побыть непредвзятой. Если на ярмарке все будут похожими на Доминика, то мне совершенно не о чем волноваться. Я взяла свои купальные принадлежности и обернулась к Рокси:
- Хорошо, я буду непредвзятой.
- Пообещай мне, что не будешь дразнить Доминика.
Я подняла руки вверх.
- Я не буду дразнить Доминика.
- И будешь приветлива со всеми вампирами, которые нам встретятся.
- Конечно. Ты идешь в ванну первой?
- Нет. – Она сбросила с ноги второй ботинок и заковыляла к двери. – Судя по твоему виду, ванна нужна тебе больше, чем мне. Увидимся внизу в шесть, поужинаем и потом отправимся на ярмарку. И не забудь поспать! Ты всегда валишься с ног по вечерам, если днем не вздремнешь, а на Готик-Ярмарке я хочу все как следует рассмотреть. Не дождусь, когда снова увижу Доминика. Он такой эффектный!
Да-да, и отлично осознает этот факт.
- Рокс, думаю, мне стоит тебя предупредить.
Она настороженно остановилась у двери.
- О чем?
- Таня просто-таки одержима им. Я бы не советовала тебе ссориться с ней. Она непохожа на человека, который потерпит посягательство на свою территорию.
Она улыбнулась своей фирменной "все-мужчины-без-ума-от-меня" улыбкой.
- Не волнуйся за меня. Иди в ванну. И еще, Джой, надень что-нибудь сексуальное! Даже если Рафаэль и не мужчина твоей мечты, он единственный, кого я знаю, кто в состоянии пронести тебя по трем лестничным пролетам без остановки. Ты бы присмотрелась к нему. Просто ужасно, что он не вампир… - Она вышла из комнаты.
Я смотрела на закрывшуюся за дверь, но перед моим взором был бар внизу. Образ в моей памяти был свеж: Рафаэль, стоящий в конце барной стойки, разговаривающий с барменом, не сводящий с меня глаз, с кружкой пива в руке.
Если бы я сделала мысленный финт ушами и на секунду признала возможность существования вампиров, живущих по законам, описанным в книгах Данте – как именно в этом случае они бы сосуществовали с человеческим обществом?
Не исключено, что вампир, старающийся сохранить свою тайну, вполне мог бы пойти в бар, заказать себе выпивку и затем притвориться, что выпил, а на самом деле втихую вылить ее куда-нибудь в незаметное место.
Вроде пальмового горшка.



Я приняла ванну и вздремнула. Мне трудно было признавать правоту Рокси насчет того, что я не принадлежу к "совам", но поскольку Готик-Ярмарка открывалась примерно в два ночи, я понимала, что не смогу пойти туда, предварительно не выспавшись. Два часа спустя я поднялась и натянула на себя коричневые шерстяные штаны и просторный вязаный свитер, решительно отказываясь надевать любую вещь, вид которой мог бы быть истолкован, как "сексуальный". Рафаэль, без сомнения, был весьма очаровательным – и вдобавок неимоверно сильным – но невзирая на все надежды и планы Рокси относительно меня, я не собиралась охотиться на мужчину. Что ж, возможно я и была немного заинтересована, но у меня совершенно не было времени на то, чтоб предпринимать какие-либо действия, так что лучшим выходом являлся план вида "смотри-но-не-трогай".
Когда я начала спускаться по лестнице, то услышала позади шум от захлопнувшейся двери. На верхнем этаже находились две комнаты и одна ванная, так что Рокси и я получили ее в свое полное распоряжение. Преисполнившись любопытства, я остановилась на лестничном пролете и стала поджидать того, кто вторгся на верхний этаж.
В поле моего зрения сначала оказалась пара черных полусапог на толстой платформе, затем показались полосатые черно-белые чулки, просвечивавшие сквозь складчатую сетчатую юбку; нити, торчащие из нее, подметали лестницу. Венчал все это черно-красный бархатный топ, за которым показалась… Танина голова. Увидев меня, она остановилась.
Я прищурилась, глядя на ее волосы.
- Кажется, я еще никогда не видела таких ярко-красных волос. Чудесный цвет. Подходит к твоему топу. Я и не знала, что вы остановились здесь. Думала, что все, кто занят на ярмарке, живут в тех трейлерах, что припаркованы рядом.
- Мы живем там, - ответила она своим хриплым, искаженным сильным акцентом голосом. Ее глаза ярко сверкали, лицо было густо напудрено, губы накрашены черной помадой, столь милой сердцам готов.
- О, ты, наверное, хотела посмотреть, какой отсюда вид?
Она сделала несколько шагов навстречу мне. Лестница, как я уже упоминала, была узкой, крученой, и, принимая во внимание ее возраст, имела неровные ступени. Таня не оставила мне иного выхода, кроме как повернуться к ней спиной и начать спуск, идя первой.
- Я искала туалет, - сказала она, обращаясь к моей спине.
- В самом деле? – Я приостановилась, спустившись на вторую площадку. – На нижнем этаже есть один, знаешь ли, прямо возле бара.
Сверкание ее глаз в тусклом свете вызывало ассоциации со змеей, только что заметившей жирную мышь. Я решила, что не стоит стоять и смотреть, бросится ли она на меня или нет, и начала спуск по следующему пролету, держась одной рукой за стену. Если вы шести футов росту, это значит, что у вас большие ступни, а большие ступни в сочетании с трехсотлетней лестницей могут означать проблемы.
- Туалет был занят. – Слова звучали резко и едко. Я бы поставила на то, что произнося их, она плюнула мне в спину, но наверняка сказать не могла.
- Насколько мне известно, - парировала я через плечо, - на втором этаже есть еще один.
- Он тоже был занят.
- А. – И почему я ей не поверила? Может, потому что она меня раздражала? Может, потому что она губила Ариэль, превращая ее в свою копию? А может потому, что единственными комнатами на верхнем этаже были моя и Рокси, что означало, что милая наивная Танечка попросту шпионила за нами?
- Знаешь, я слышала, что чешские тюрьмы – не очень-то приятные места.
- Зачем вы мне это говорите? – Должно быть, она выкуривала по пяти пачек сигарет на дню, чтоб добиться такого резкого, грубого тона.
- Да так, низачем. Я просто подумала, как это, наверное, ужасно – попасться на воровстве, особенно для того, кто не является гражданином Чехии. Туристов здесь очень любят, и если, к примеру, кто-нибудь вломится в отельный номер и начнет шарить по чужим вещам, то полиция, по всей вероятности, отнесется к такому случаю со всей серьезностью.
Я запнулась на рассохшейся ступеньке, начав спускаться по последнему пролету, и ухватилась за стену более тщательно.
- Вам следовало бы быть поосторожнее на этой лестнице, - прорычала Таня позади, тошнотворным образом пародируя сладкий тон. – Если вы упадете, то можете сломать себе шею, и это было бы так трагично.
Я оглянулась назад и обнажила зубы в усмешке. Она ответила тем же. И когда я повернула в очередной раз, что-то сзади ударило меня под колени, подбив обе ноги. Я вскрикнула и слетела вниз, стукнувшись сперва об лестничную стену, и затем свалившись на деревянный пол узкого холла.
Однако я не приземлилась на пол. Вместо этого я словно ударилась о кирпичную стену. Именно в тот момент, когда я летела с лестницы, Рафаэль вышел из сумрака и подхватил меня в полуповороте, прижав к себе, так что это его, а не моя спина впечаталась в дубовую обшивку стены. Пошатываясь, я оперлась на него, уцепившись за пальто и задыхаясь от шока, мое сердце бешено скакало от выброса адреналина. Я подобрала ноги и медленно поднялась, глядя в янтарные глаза, слегка потемневшие от беспокойства.
- О, да у вас быстрые рефлексы. С вами все в порядке? – спросила я.
Одна гладкая шоколадная бровь приподнялась, как я и предполагала.
- Я хотел бы спросить вас о том же. Вам следовало бы быть более внимательной на лестнице. Эти старые дома бывают опасными, если не смотреть, куда ступаешь.
Его руки все еще обнимали меня, но я была не против – должно быть, ему пришлось трудно, когда я врезалась в него, но я была благодарна за то, что он здесь был. Он был таким же теплым, обладал тем же ароматом – мыла и мужчины – который я заметила еще вчера, и был так близок ко мне, что я могла разглядеть биение пульса на его шее.
Я готова была впасть в экстаз, но вместо этого собралась с силами и отодвинулась, высвободившись из его объятий.
- На самом деле, я смотрела, куда ступаю – в этом-то и проблема. Я не могу одновременно смотреть на ступеньки и на дьяволицу у себя за спиной.
- Chérie!* Ты же не обвиняешь Таню в дурном поступке? – раздался голос слева. Доминик стоял перед входом в бар, Таня примостилась рядом с ним с таким самодовольным выражением лица, что мне захотелось повыдергать ее красные патлы, вымазать их клеем и приставить на место.
- В точку, я обвиняю ее! Она столкнула меня с лестницы, потому что я угрожала ей полицией, когда застукала там, где ей быть совершенно не следовало.
- Она врет, - проворковала Таня на ухо Доминику.
- Черта с два! Ты ударила меня сзади по ногам. Могу поклясться, от твоих уродских ботинок у меня теперь будет шикарный синяк.
- Уродских ботинок! – Танины глаза весьма красноречиво свидетельствовали о ее желании кого-то выпотрошить. – Вы, американцы, ничего не смыслите в моде…
- Довольно! – воскликнул Доминик, отодвигая Таню в сторону. Он неторопливо подошел к нам с Рафаэлем и оглядел меня с ног до головы так, что я в мгновение ока разъярилась.
- Доминик! – Таня только что не плевалась огнем, но Доминик не обращал на нее внимания. Он сделал милую гримасу и зацыкал, увидев, как я растираю запястье там, где ударила его об стену. Он взял мое запястье в руку, оттолкнув другую, и начал массировать его круговыми движениями.
- Вы же ведь ушиблись! – заметил он приторным голосом. Его пальцы оказались на удивление короткими для его роста и худощавого сложения; я обратила на это внимание, когда он склонился над моим запястьем, облизывая губы, будто бы желая рассмотреть его получше.
- Непохоже, чтоб сегодняшний день был особо удачным для вас. Пока что.
- Оставь ее в покое, Доминик, - Рафаэль стоял, прислонившись к стене, с выражением смертельной скуки на лице, но в его голосе слышались командные нотки, а в глазах мерцало что-то такое, что, как я надеялась, Доминик мог бы счесть угрозой.
- О да, оставь меня, Доминик.
Таня дергала его за руку, но он по-прежнему игнорировал ее, улыбнувшись мне клыкастой ухмылкой.
- Что если я не могу, крошка?
Крошка? Его глаза находились точно напротив моих. Что за дурацкие шуточки?
- Как горько ты будешь сожалеть, если я оставлю тебя без своего внимания? – Свободной рукой он взял мой подбородок и наклонил голову назад, пробежавшись пальцами по моей шее. Я дернулась, попытавшись освободить голову, но его рука сильно сжала мое запястье. Боль пронзила мою руку.
- Отвали от меня, ты, фальшивый урод!
- Доминик! – Таня почти повисла на его руке, пытаясь привлечь его внимание, но он зашипел и оттолкнул ее в сторону, притянув меня за запястье.
- Отпусти ее, Доминик, - голос Рафаэля был низким и глубоким, заполняя собой весь холл. Что-то теплое и приятное внутри меня замурлыкало в ответ. Он все еще стоял подле стены и выглядел, казалось, еще более скучающим.
Желание выразить ему благодарность увяло. Вместо этого я злобно на него поглядела.
- Вы так и будете стоять там и подпирать стену, или поможете мне?
- Рафаэль – мой подчиненный, - проворковал Доминик, подтягивая мое запястье к своим губам, обнажая псевдо-клыки. – Он отлично знает, какие темные силы я могу призвать, если он будет испытывать мое терпение.
Я чувствовала себя так, будто очутилась в дурно написанной готической мыльной опере, где-то в эпизоде "Темные Тени Вербуют Прислужников".
- Ты самый напыщенный актер из всех, кого я встречала, - сообщила я Доминику. У него дернулся глаз.
- Доминик, я требую, чтоб ты прекратил! – Таня искрилась от ярости, но попятилась, как только ее любовник повернулся – дернув при этом мое больное запястье – и выдал порцию инвектив на французском.
- Богом клянусь, если ты сейчас же меня не отпустишь, я подам на тебя в суд за оскорбление! – Я дернула кисть. – И не думай, что я этого не сделаю! Моя мать – адвокат!
- Chérie! Как ты нетерпелива! Мне нравятся женщины с запросами. И такие решительные. Борись со мной, mon petit chat**. Мне доставляет удовольствие видеть, как ты сопротивляешься.
На мгновение я уставилась на него, не веря услышанному, затем развернулась к Рафаэлю.
- Черт побери, пусть он ваш работодатель – сделайте что-нибудь.
Он пожал плечами и выпрямился.
- Что бы вы хотели, чтоб я сделал?
- Вариант с кастрацией возможен?
- Сегодня ночью ты будешь моей, mon ange***, - пообещал Доминик, притягивая меня ближе и демонстративно облизывая клыки. – Но мне кажется, что сначала тебе нужно преподать урок хороших манер. – Произнеся это, он притянул мою руку к своим губам.
- Рафаэль! – Клянусь, его глаза на миг ярко вспыхнули в ответ на мое требование.
Как только Доминик высунул язык, намереваясь провести им по пульсу моего запястья, вокруг словно разверзся ад. Бессловесный крик, полный ярости, отозвался в моей голове, в то время как дверь с силой распахнулась под порывом ураганного ветра, загрохотавшего оконными рамами; нас ударило холодом и осыпало метелью высохших листьев. Рафаэль бросился к Доминику, Рокси и Кристиан, мужчина с приятным голосом, которого я видела накануне, выбежали навстречу мне из бара. Доминик заорал так, будто его ударили, и пошатываясь, отпустил мою руку. Таня завыла и кинулась в мою сторону, выставив перед собой свои когти. Она пронеслась мимо Рокси, замершей подле Кристиана, выкрикивая "Aidez-moi! Aidez-moi!"**** с наихудшим акцентом из когда-либо мной слышанных.
- Aidez-moi? – переспросила я, уворачиваясь от ее ногтей. – Ты хочешь, чтоб кто-то помог тебе? А как насчет меня?
Движением, слишком быстрым, чтоб я могла его заметить, Рафаэль схватил Доминика за рюши его "рубашки поэта" и подтащил к стене. Таня снова пошла на меня с разочарованным воплем, но я схватила ее за обе руки и оттолкнула назад.
- Помни о том, кто ты! – закричал Доминик Рафаэлю, пока тот легко держал его одной рукой, приподняв так, что ноги того не касались пола. Кристиан подскочил и оттащил Таню подальше от меня, придерживая ее, пока она не успокоилась.
- Помни, кто я, Сент-Джон! Ты ничто без меня, ничто! Я могу уничтожить тебя одним своим словом!
Его слова слабо сочетались с тем, что сейчас Рафаэль без труда держал Доминика одной рукой, однако к моему разочарованию, они таки возымели действие. Медленно Рафаэль отпустил Доминика, аккуратно поставив на ноги подле стены. Доминик мерзко улыбнулся и с подчеркнутой демонстративностью стал поправлять на себе рубашку и полосатый жилет.
- Умный человек знает, кто его хозяин, - хвастливо изрек Доминик, разворачиваясь, чтоб забрать разъяренную Таню у Кристиана.
Работодатель или нет, но я надеялась, что Рафаэль врежет ему, но он не сделал ничего, кроме поигрываний пальцами. Его лицо было непроницаемым и безо всякого выражения, так что нехотя я поставила ему пять баллов за самоконтроль.
Взгляд Доминика остановился на мне, стоявшей сейчас рядом с Рокси. Он улыбнулся и прикрыл глаза в манере, которую, вероятно, полагал весьма сексуальной, хотя на самом деле она придавала ему сонный вид.
- Так что, mon ange – ведь я увижу вас сегодня ночью, правда? Обещаю, я исполню любую из ваших самых темных фантазий, какой бы опасной она ни была.
Таня протестующе замычала.
- О, как славно, - ответ был полон иронии, которую он вряд ли заметил. – Я тысячу лет не видела по-настоящему хорошей вампирской казни. Рада, что ты согласился быть добровольцем.
Его глаз снова дернулся, но он лишь скривился. Наигранно поклонившись, он сверкнул клыками всем присутствующим и направился к выходу.
- Рафаэль! – Не оборачиваясь, Доминик остановился в дверях. – Ты должен быть своем на месте до начала.
- Я буду, - ответил Рафаэль, скрестив руки поперек широкой груди и посылая Доминику такой взгляд, который я ни за что бы не захотела получить в свой адрес. Доминик набросил плащ на плечи и вышел, надувшись, словно индюк. Таня угрюмо плелась позади.
- Спорим, это его Драматический Выход номер 101, - пробормотала я Рокси. Она хихикнула. Я благодарно взглянула на Рафаэля. – Кажется, я твоя должница.
На его лице обозначились желваки. Он не улыбнулся в ответ, и вообще выглядел злым, как черт.
- Похоже, что так и есть, - подтвердил он, коротко кивнув.
Я поджала губы и все желание поблагодарить его испарилось под злобным взглядом его свирепых янтарных глаз.
- Но мы же не будем придавать этому чересчур большое значение, не так ли?
Он сделал шаг вперед – очень длинный шаг, его ноги явно росли от ушей, - и неодобрительно уставился на меня. Должна была признать, он выглядел весьма пугающе, но я не собиралась никому позволять запугивать себя, даже если в арсенале имелись тонна мышц, симпатичное лицо, и глаза, способные свалить лошадь в десяти шагах.
- Я мог потерять работу из-за того, что ты решила пофлиртовать с Домиником. Ты разве не слыхала поговорку о том, что раз уж не можешь терпеть жар, то выходи из кухни?*****
У меня упала челюсть. Я оглянулась на Рокси убедиться, что она тоже слышала это оскорбительное обвинение. Одной рукой она закрывала рот и, судя по всему, изо всех сил пыталась не засмеяться. Темные глаза Кристиана светились интересом, но похоже, что все это его не слишком потрясло. Я выставила подбородок, перевела взгляд на Рафаэля и приготовилась палить изо всех стволов.
- Флиртовать? Жар? Кухня? Ты псих? Наверное, так ударился об стену, что растерял все мозги, мистер, потому что на всей земле не найдется того, кто мог бы засвидетельствовать, что я флиртовала со старым клыкастым козлом!
Рафаэль сделал еще шаг вперед, так что мы очутились носок к носку, нос к подбородку.
- Ты позволила ему держать свою руку, и как я заметил, не слишком сопротивлялась. Не говоря уж о том, что ты хлопала мне своими ресницами, чтоб он тебя приревновал. Говоря иначе, ты вела себя, как женщина, желавшая обратить на себя мужское внимание и разыгравшая равнодушие, чтоб возбудить интерес к себе. Это, Джой Мартин Рэндалл, называется флиртом. Я был бы рад, если б ты исключила меня из своих планов, если снова захочешь пограть в свои маленькие сексуальные игры.
- О! – я вышла из себя, не веря, насколько сильно ошибалась в нем. Честное слово, лучше бы он был кровососущим не-мертвым, чем самовлюбленным, ограниченным ХАНЖОЙ, которым оказался. – К твоему сведению, Мистер Самовлюбленность, я не флиртовала! Я не играю в игры! И я отнюдь не хлопала тебе ресницами, такую идею мог породить разве что тот пудинг, который так успешно притворяется твоими мозгами!
- Пудинг? – заревел он на меня, оскорбленный до глубины души.
- Ванильный. С кучей комков! – заорала я в ответ.
Он глубоко вздохнул, сгибая и разгибая пальцы, пытаясь вернуть себе самообладание. Странно, но то, что он был больше и сильнее, меня не пугало. Каким-то образом я чувствовла, что он не принадлежит к тому типу мужчин, которые могли бы причинить мне боль.
- Ты самая несносная женщина из всех, кого я встречал, - прорычал он сквозь зубы. Его глазами невозможно было не любоваться, но я бы ему этого не сказала ни за какие коврижки. Комплимент – последняя вещь, которую я могла адресовать мужчине, настолько тупому, что его можно было бы подавать на стол вместо поросенка. – Я ни на секунду не сомневался, что ты подстроила все это, чтоб я потерял работу. Я понял, что ты из себя представляешь, когда увидел, как ты строишь глазки ему, - и он указал на Кристиана.
Я уставилась на Кристиана с открытым ртом, настолько пораженная, что не могла ничего придумать в ответ. Кристиан как-то странно глянул на Рафаэля, с удивлением, и в то же время со злобой. На миг я удивилась, отчего он вдруг разозлился; это ведь не на него тут возводили столь гнусный поклеп. Мое замешательство длилось ровно три секунды.
- Да ты крепко стукнулся головой! Сначала я флиртую с Домиником, а затем строю глазки Кристиану? Это так ты думаешь? Потому что если да, то ты ненормальный, на сто процентов ненормальный! Да ты просто зациклен на сексе, вот в чем причина!
- В отличие от женщины, которая вешалась сразу на трех мужчин, которых повстрачала за один лишь день, я не зациклен на сексе.
- Трех? Трех? – Кипела я.
- Я третий. Или ты забыла вчерашний вечер?
- То было совсем другое! И с тех пор я сильно изменила свое мнение, - парировала я, тыкая его в грудь и задирая голову, чтоб поймать его взгляд. – Видала я таких, накачанных, замкнутых, адски сексуальных, и пребывающих в святой уверенности, что каждая женщина в радиусе пяти миль их хочет! Могу поспорить, ты думаешь, что нравишься мне!
- Помнится, ты говорила, что заплатила бы мне за секс.
- Джой! – воскликнула Рокси изумленно.
- То было шуткой, - я незаметно скрестила пальцы и обернулась к Рафаэлю. – Я тогда только что ударилась головой! И совершенно очевидно, что мне было плохо и я была не в себе.
Его глаза опасно засверкали и он наклонил свою голову поближе к моей.
- Хорошо, вычеркнем вчерашний вечер, но все равно это не отменяет того факта, что сейчас ты заигрываешь со мной.
- Тебе приснилось! – я была оскорблена таким предположением, отказываясь признавать, что мое тело вело себя подобно натянутой струне, реагируя таким образом на его близость.
- Да, заигрываешь. И практически умоляешь меня поцеловать тебя. Если это не заигрывание, то я не знаю, что это.
Его дыхание коснулось моего лица, на мгновение заставив меня замереть. Я купалась в лучах его горящих глаз, чувствуя тепло, свою женственность и свое возбуждение.
Черт бы его побрал.
- Если бы я захотела поцеловать тебя, Боб, то проверила бы твои миндалины прямо сейчас.
- Да неужели?
Он был так близко ко мне, я ощущала тепло его торса, когда он касался меня. Его глаза смотрели в мои, наши губы были в дюйме друг от друга, и я знала, что он прав, я хотела, чтоб он поцеловал меня, и больше ничто меня не волновало.
- Именно. Думаю, это ты хочешь поцеловать меня. Почему ты не признаешь и не скажешь это?
- Скажи первой.
- Никогда.
- Я не сдаюсь, - предупредил он прежде, чем его губы обрушились на мои.
Я утонула в его глазах и раздвинула губы, приготовившись полностью сдаться, но была грубо возвращена к реальности, когда Рокси громко прокашлялась и произнесла:
- Мнэ, народ, вы же не собираетесь заняться сексом – платным или каким угодно – прямо здесь в холле? Потому что мне кажется, что все к тому идет, а мне как-то не хочется подсматривать, и еще, я сомневаюсь, что вам захочется заполучить в свидетели всех тех людей, которые посещают этот бар.
С заметным усилием я отодвинулась от Рафаэля и перевела дух. Не в силах смотреть на него, я отвернулась и улыбнулась Рокси и Кристиану слабой улыбкой.
- Извините меня, Кристиан. Вам, наверное, было неприятно все это видеть, но вы помните, он первый начал.
- Ты сама вешалась на меня. Дважды, - прогремел Рафаэль позади меня.
- Я так понимаю, нам не обойтись без небольшого расследования, – нейтрально ответил Кристиан своим мягким голосом. – Мне кажется, нам стоило бы перебраться в столовую. Роксанна весьма любезно пригласила меня присоединиться, и вероятно, этот джентльмен тоже мог бы составить нам компанию?
- Я недавно поел, - ответил Рафаэль, подбирая мою сумку, упавшую, когда Таня толкнула меня с лестницы. Он отряхнул ее и подал мне.
Я была все еще на взводе, и хоть мне не хотелось призаваться в этом, я не хотела, чтоб он уходил. Так что я сделала единственное, что мне пришло в голову.
- Боишься, что не удержишь свои руки при себе, если пойдешь с нами ужинать?
Клянусь, у него чуть пар из ушей не пошел.
- Ты что, пытаешься заманить меня?
Я улыбнулась.
- Отлично, - отрезал он, сузив глаза. – Поскольку ты просто-таки жить без меня не можешь, – я издала оскорбленное "О!" – я поддамся на твою слабенькую уловку и пойду с вами, хотя как я уже заметил – я недавно поел.
- Вот и славно, - Рокси взяла его под руку и направилась с ним в сторону столовой. – Можешь просто посидеть с нами. А если ты будешь смотреть на Джой достаточно долго, то она непременно что-нибудь на себя прольет. Это всегда очень забавно.
Я пронаблюдала, как они уходят в небольшую, редко используемую столовую (большинство хозяев отеля предпочитали есть в баре), и обратилась в Кристиану.
- Видели ли вы хоть когда-нибудь такого несносного человека?
- Никогда, - ответил он, беря мою руку и нежно массируя запястье. Его прикосновение наполнило меня неясным теплом и спокойствием. Я улыбнулась его темно-карим глазам, но он не улыбнулся в ответ. Он просто на мгновение удержал мой взгляд, а затем поднес мою руку для поцелуя. Мне никогда да того не целовали руку, и я полагала, что это глупый жест, но его взгляд, чьей пленницей я стала, и прикосновение его губ к тыльной стороне моей кисти были чем угодно, но только не глупыми. Он медленно перевернул мою руку, и его губы замерли в волоске от моего пульса.
Комната внезапно исчезла, и меня накрыло волной всесокрушающего голода, опустошившей меня, бросившей в ледяной холод. Я была захвачена им, объята им, я тонула, отчаянно нуждаясь в чем-то и не понимая, в чем именно. Так же резко, как началось, это ощущение оборвалось, оставив меня задыхающейся перед Кристианом, запечатлевшим невинный поцелуй на моей руке. Я отняла руку, изо всех сил сдерживаясь, чтоб не закричать, отчаянно желая знать, что со мной, нуждаясь в понимании причин, по которым мой разум вытворял то, чего не следовало. Что-то случилось с тобой, - кричал испуганный голос в моей голове. Я развернулась, желая убежать, скрыться от видений моего надломленного разума.
Рафаэль стоял в дверях столовой, глядя на Кристиана. Его глаза были прикрыты, однако сверкали от невысказанных эмоций так сильно, ярко и так гневно, что на моем затылке зашевелились волосы. Он медленно перевел взгляд на меня, затем сделал жест в сторону столовой и подал мне руку.
- Ты идешь?
Я стояла, исполненная тоски, с осознанием того, что вероятно все-таки схожу с ума, пытаясь унять сердцебиение. Мысленно я вопила и кричала, умоляя кого-нибудь объяснить мне, что со мной, но внешне я оставалась безмолвной, ожидая, что затишье сейчас закончится и меня снова поглотит безумие.
Ты видишь видения вампиров. Что-то случилось с тобой.
- Джой? Выглядишь проголодавшейся. Идем, поужинаем наконец.
Голос Кристиана был оазисом спокойствия, но даже он не мог пробиться сквозь бурю, бушующую в моей голове. Он тоже подал мне свою руку. Я уставилась на нее, не в силах пошевелиться.
Вампиры или сумасшествие – какого я еще хотела объяснения? Мой разум надломился еще больше, пытаясь определиться. Я обхватила руками голову, пытаясь собраться с мыслями и ужасаясь тому, что могу потерять контроль над всем тем, что важно для меня. Вампиры или сумасшествие? Что было реальным, а что – плодом моего воображения? Как узнать, что есть что? Могу ли я еще доверять себе, распознавая реальность? А если нет, то кто может мне помочь?
Твой разум больше не может распознать, что реально, а что нет, шептал голос в моей голове. Что-то случилось с тобой.
- Джой.
Голос Рафаэля был подобен маяку, светившему сквозь шторм, в который погрузилось мое сознание. Я пыталась подавить нарастающую панику, собраться с мыслями и не дать себе погрузиться в море смятения и страха. Изо всех сил я цеплялась за мысль, что если б у меня было чуть больше времени, я бы смогла во всем разобраться и все расставить на свои места.
Это безнадежно. ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ С ТОБОЙ!
- Джой.
- Со мной ничего не случилось! – заорала я Рафаэлю. – Да, у меня было несколько видений! И что с того? У кого их не было? Я ОТКАЗЫВАЮСЬ СХОДИТЬ С УМА!
В длинном узком холле мои слова отозвались эхом, слегка потревожив гул, доносившийся от бара. Я безмолвно уставилась на него, шокированная тем, что выкрикнула это вслух.
Он поджал губы.
- Кажется, от тебя будет больше проблем, чем я поначалу ожидал.




* Дорогая – франц.
** Моя кошечка – франц.
*** Мой ангел - франц.
**** Помогите - франц.
***** Англ. аналог "Взялся за гуж – не говори, что не дюж".

URL
Комментарии
2010-01-28 в 00:31 

Все кружится стрекоза… Никак зацепиться не может За стебли гибкой травы.
Мррррмррмррррр :bcat:

   

Scintilla Ignis

главная